Репин Илья Ефимович (1844-1930) - русский живописец. К семидесятилетию Ильи Репина Корней Чуковский готовил целый номер "Нивы", для которого Сергей Городецкий написал своеобразный поэтический портрет художника: Выйдет в курточке зеленой, Поглядит на водомет, Зачерпнет воды студеной И с улыбкою испьет. Светлый весь, глаза сияют, Голубую седину Ветер утренний ласкает, Будто легкую волну. Не устал он, не измаян, Полон силы и борьбы, Сада яркого хозяин, Богатырь своей судьбы...
В те годы каждый день Илья Репин делал гимнастику, купался в студеной воде. И только потом поднимался к себе в мастерскую. Недаром Корней Чуковский называл его не только "мастером замечательной живописи, но и мастером замечательной жизни". Илья Репин был удивительным тружеником и оставил несколько десятков картин, сотни портретов, тысячи рисунков. Для одной только картины "Садко" им было сделано более 150 эскизов и рисунков. Родился Илья Ефимович Репин 24 июля 1844 года в городе Чугуеве в семье военного поселянина. Ему еще не было и семи лет, когда его буквально заворожили чудесные свойства красок, которые отдал ему его двоюродный брат. Так взялся за работу, что даже заболел - носом шла кровь. Однако как только он поправлялся, сразу брался рисовать. В семье часто не хватало денег, и тогда мать шила шубы, а Илья расписывал пасхальные яйца - "писанки". Учился он сначала в Корпусе типографов, а потом у художника-иконописца Бунакова. В 1863 году Илья Репин приехал в Петербург и поступил в Рисовальную школу на Бирже. В это время он брал уроки у И. Крамского, познакомился с семьей Шевцовых, девятилетняя дочь которых Вера потом стала его женой. В 1864-1871 годах Репин учился в Петербургской академии художеств, был сначала вольнослушателем, а затем учеником. Среди его наиболее известных ранних работ - написанные в 1868-1869 годах портреты Р. Хлобощина и В. Шевцовой, и в 1871 - "Воскрешение дочери Иаира". Илья Репин был очень наблюдателен, умел через жест и позу выявлять характер модели. Еще во время учебы Репин познакомился с участниками Артели художников, с критиком В. Стасовым. Именно эстетика революционных демократов оказала наибольшее влияние на формирование его мировоззрения. В 1866 году Репин присутствовал на казни Каракозова и даже сделал несколько рисунков. Летом 1870 года он отправился вместе с Ф. Васильевым, братом и с академическим товарищем Макаровым на Волгу - собирать этюды к картине "Бурлаки". Успешно окончив Академию и заслужив за картину "Воскрешение дочери Иаира" первую золотую медаль, молодой художник получил право на шестилетнюю заграничную поездку за казенный счет. В 1872 году Репин женился на В. Шевцовой и познакомился с Третьяковым, а в 1870-1873 годах написал своих "Бурлаков на Волге", картину, которая стала монументальным, обобщающим образом жизни русского народа. 1873-1876 годы он провел за границей, успел побывать в Вене, Венеции, Флоренции, Риме, Неаполе, Альбано, Париже и Лондоне. Написал множество этюдов, пейзажей, портрет Тургенева. Именно эта поездка помогла ему овладеть пленэрной живописью. Возвратившись в Россию, художник с семьей отправился жить в Чугуев, где были созданы исключительные по типизации портреты "Мужичок из робких", "Мужичок с дурным глазом", "Протодьякон" и др. В Чугуеве у него после двух дочерей родился сын. Переселившись в Москву, Репин сблизился со своими друзьями - художниками Поленовым, Васнецовым, Суриковым, познакомился со Львом Толстым, историками Соловьевым и Забелиным. И в Чугуеве, и в Москве Репин писал картины, в которых психологически достоверно изображалась жизнь крестьян, те социальные конфликты, которые назревали в деревне. Именно созданные в конце 70-х годов полотна "В волостном правлении" и "Проводы новобранца" были своеобразной подготовкой к написанию известной картины "Крестный ход в Курской губернии", над которой художник работал в 1880-1883 годах. В это время он уже перебрался с семьей в Петербург. Лето 1882 года Илья Репин провел на даче в Хотьково под Москвой, где были написаны не только этюды к "Крестному ходу", но и знаменитые портреты Стрепетовой и Т. Мамонтовой. В это же время, в начале 80-х годов, Репин ездил вместе со Стасовым за границу, посетил Берлин, Дрезден, Мюнхен, Париж, Мадрид, Венецию. В "Крестном ходе в Курской губернии" воплотилось все многообразие и драматические противоречия жизни в пореформенной России. Здесь и забитый, бедный русский народ, и чванливые богатеи. Каждый образ - это характер, тип, очень узнаваемый, яркий, запоминающийся. Репин как никто умел придавать простым бытовым сценам возвышенное, порой даже героическое звучание. Особенно ярко это проявилось в его картинах, посвященных революционерам-демократам. В 80-х годах появился целый цикл - "Отказ от исповеди", "Арест пропагандиста", "Не ждали". Когда Илья Репин работал над своей знаменитой картиной "Иван Грозный и сын его Иван", ему пришлось исполнить один не совсем обычный дворцовый заказ. Нужно было написать полотно, на котором Александр III произносит речь перед волостными старшинами во дворе Петровского дворца в Москве. Один из критиков писал об этом малоизвестном произведении: "Здесь есть бесподобные куски живописи, быть может, лучшие, какие мы знаем во всем репинском творчестве. Чего стоит одна группа царицы с детьми, особенно фигура ее самой, под розовым зонтиком..." В это же время Репин еще раз съездил за границу, потом долго гостил в Ясной Поляне. Это были очень непростые для него годы. Те, кто бывал в то время у Репиных, вспоминали, что отношения между супругами были не просто драматическими, но порой трагичными. Переехав в Петербург, Репин начал часто принимать гостей - знаменитых писателей, ученых, художников. Приходили к нему, позировали для портретов и знатные дамы: Жена, занятая детьми, не могла исполнять еще и обязанности хозяйки салона. Репин написал несколько портретов своей жены, которую знал еще девочкой, но все они несколько холодноваты. Одним из лучших считается "Отдых". Рисовал Репин и своих горячо любимых детей. А они, к сожалению, не всегда понимали его. Как позже вспоминала одна из дочерей, в их доме атмосфера была настолько накалена, что "за обедом иногда тарелки летали". Репин искал вдохновения, мечтал встретить женщину, способную захватить его целиком. Долгое время дружил он с дочерью Льва Толстого Татьяной, был увлечен одной из талантливейших своих учениц Верой Ве-ревкиной. Долго и мучительно любил он еще одну девушку - молодую художницу Е. Званцеву. Ее портрет висел у него на даче в "Пенатах". Сохранились письма, которые Репин писал Званцевой с 1888 до 1893 года. Вот строки одного из них: "Как я вас люблю! Боже мой, боже, я никогда не воображал, что чувство мое к вам вырастет до такой страсти. Я начинаю бояться за себя... Право, еще никогда в моей жизни, никогда никого я не любил так непозволительно, с таким самозабвением... Даже искусство отошло куда-то и Вы, Вы - всякую секунду у меня на уме и в сердце. Везде Ваш образ. Ваш чудный, восхитительный облик, Ваша дивная фигура с божественно-тонкими, грациозными линиями и изящнейшими движениями!! Как я прежде не видел всего этого? Удивляюсь, не понимаю! Как не мог видеть раньше Ваших душевных особенностей, Вашей нравственной красоты. Ваша душа так неподражаема, так изящна, в ней столько простоты, и правды, и глубины ума..." Только в 1894 году, когда Илья Репин купил имение Здрав-нево на Витебщине в Белоруссии, некоторое время он опять жил вместе с женой и детьми. Однако это было затишье перед бурей. Отношения Репина с детьми не складывались. Впоследствии его любимая дочь Веруня, не принявшая Советской власти, живя в "Пенатах", не сберегла многие произведения великого художника. Не понимал его до конца и сын, тоже художник, Юрий. В 1878-1881 годах Репин написал своих "Запорожцев", которые были показаны, как и его картина "Арест пропагандиста", на выставке, посвященной двадцатилетию его творческой деятельности. Со своей второй женой, писательницей Натальей Нордман-Северовой, которая печатала банальные романы и повести, любила богемную жизнь, он познакомился в 1899 году, а в 1900 году они вместе ездили на Всемирную художественную выставку в Париж. В это время в Швейцарии и был написан один из первых портретов Нордман, который до конца жизни художника висел в "Пенатах" левее портрета Званцевой. Они вместе читали книги, ходили в оперу, а в конце 1900 года Репин поселился в имении Нордман в Финляндии, в Куоккале, которое и стало знаменитыми репинскими "Пенатами". Наталья Нордман была одержима разными идеями. То вегетарианство, то благотворительность, то самообслуживание. В "Пенатах", например, висели плакаты "Не ждите прислуги, ее нет" и "Все делайте сами". Нордман написала и выпустила поваренную книгу для голодающих, в которой были рецепты блюд из сушеных трав, печенья из подорожника и тому подобное. Нордман, как говорят современники, была довольно самовлюбленной женщиной и не очень хорошо повлияла на творчество Репина. Однажды она, исполняя танец босоножки на снегу, простудилась, позже, под воздействием алкоголизма, у нее развился туберкулез. Уехав лечиться за границу, она в 1914 году умерла. В "Пенатах" стала хозяйкой старшая дочь Репина Вера. В 1901 году Репин написал "Иди за мной, Сатано!", портреты Л. Толстого, В. Стасова, а в 1901-1903 годах - "Юбилейное заседание Государственного совета", к которому было сделано более 50 этюдов. В 1905 году в Таврическом дворце был показан портрет М. Горького. В 1907 году Репин после тринадцати лет преподавания ушел из Академии искусств. В 1901-1917 годах художник написал портреты К. Чуковского, Пушкина, Маяковского, Керенского, а после Октябрьской революции, в 1920-1930 годах,- "Голгофу", "Утро воскресения", "Неверие Фомы", портрет академика Павлова, "Финские знаменитости", "Гопак". Репин умирал, а его старшая дочь просила его подписывать холсты и рисунки, чтобы повысить их ценность. Только с приездом младшей дочери Татьяны Репин ощутил настоящую заботу. Говорят, что перед смертью он сложил пальцы так, будто держит кисть. Это было 29 сентября 1930 года. Когда Советская Армия в 1939 году перешла финскую границу, дочь Вера сбежала, оставив усадьбу в полном беспорядке. Во время Второй мировой войны фашисты сожгли "Пенаты". Хорошо, что еще в 1941 году все документы и картины были вывезены на родину. За несколько лет до смерти Репин писал: "Да, я чувствую, что успех мой был чрезмерен, и я должен быть наказан забвением". Но вместо забвения Илью Репина ждала огромная слава. Кто из жителей России, да и всего бывшего СССР, не знает его страстных, психологически достоверных полотен, посвященных истории,- картин "Царевна Софья" (1879), "Иван Грозный и сын его Иван" (1885), его изумительных женских портретов? У Репина учились Бродский, Грабарь, Кустодиев и многие другие выдающиеся художники. Несколько изданий пережила написанная им книга воспоминаний "Далекое близкое". Илья Репин дал потомкам неподражаемый пример огромной работоспособности и умения преодолевать многие невзгоды. Преодолевать во имя творчества саму судьбу.
Тем временем:
... Then they started questioning- Had he noticed anything? First, in prayer he bent his head, Through his teeth, he slowly said (After bowing left and right): "Why, I never slept all night! And I really wonder whether There was ever colder weather! It was cold, I'd have you know- I kept running to and fro- Wasn't it a chilly night! But, then, everything's all right. " And his father said with pleasure: "You, Gavrilo, are a treasure."
Evening once again drew near, Now the third should don his gear, But he never turned a hair, Sitting on the oven there, Singing with his foolish might: "0, you eyes, as black as night!" Then to coax and beg Ivan Both the elder sons began; Bade him go and guard the grain; They grew hoarse-but all in vain. Father finally said: "Here, You just listen, Vanya dear, Go on watch, and if you do, This is what I'll do for you: I shall give you beans and peas, And some pictures, if you please."
At these words, Ivan climbed down, Donned his coat of russet brown, Pocketed a lump of bread And on sentry-go he sped.
Night fell and the white moon rose. On his beat Ivan now goes, Looking sharply all around; Then he sits upon the ground, Munching slowly at his bread, Counts the bright stars overhead. Suddenly, a neigh resounded- To his feet our sentry bounded; Peering round with shaded eyes, In the field a mare he spies. Now, this mare, I'd have you know, Whiter was than whitest snow, Silken mane in ringlets streaming To the ground, all golden gleaming...
